ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ
Информационный портал Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Митрополита | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Фотогалерея | Архив
Беседы о Православии | Календарь | Новости | Объявления | ВидеоE-mail


Венера на Голгофе

Новый большой текст нашего постоянного автора Валентины Калачевой о том, что представления многих наших современников о жизни Церкви, основанные на фантазиях и прямой лжи некоторых популярных блогеров, оказываются очень далекими от реальности.

Мы тут уже не первый месяц пережёвываем «исповеди бывших». Что ни говори, тема за живое берёт. Печалуется народ: вдруг они, редиски, Церкви навредят, граждан оттолкнут от того, чего не следует, бучу подымут раскольничью. Но опыт показывает, что Интернет — дело такое: побухтят граждане неделю-другую и забудут напрочь, как сон дурной, потому что Киркоров новые носки купит, а какая-нибудь кошечка фотогенично получится на фоне ромашкового поля. Вот тут, например, в конце декабря — начале января, сеть буквально на части разрывало от исповеди далеко не бывшего регента, подрабатывающей не самым тривиальным способом. Люди просто «взорвали» виртуальную реальность восклицательными знаками. Ну и? Что кардинально изменилось? Где тот «ужас-ужас-ужас»? Нет его. Хотя дело-то было нешуточным.

х х х

Из истории известно, что на Лобном месте — там, где был распят Спаситель мира, Сама Любовь, лет триста стоял храм Венеры — богини блуда, Любовь оскверняющего. Мы можем задаться вопросом, а случайно ли это? Почему не Артемиды, Афины или Аполлона? Да мало ли богов у язычников! Но нет, на святом месте водворяется разнузданная похоть, так как сложно отыскать более действенное оружие массового поражения, оружие, направленное против действия Духа Святого в человеке.

Чтобы понять истинность последнего утверждения, не нужно погружаться в историческую эпоху и ломать голову над фолиантами в центнер весом. Достаточно включить телевизор или пробежать глазами какое-нибудь «правдолюбивое» интернет-издание, полистать экономические исследования, в которых порноиндустрия и проституция отнесены к сфере «грязного» бизнеса, приносящего сверхприбыль. А может, хватит просто внимательно посмотреть вокруг, чтобы разглядеть созидающиеся в душах современников «храмы Венеры». Как раз с той целью, чтобы не допустить туда Христа Распятого. Только их зодчие забывают, а может, и не понимают того, что после Крестной Жертвы Христос воскрес! Поэтому все их потуги, конечно, разрушительны в громадных масштабах, зловещи и трагичны, как Хиросима, но всё же постыдно конечны. И на месте храма Венеры в Иерусалиме был обретён Крест Христов и воздвигнут для всеобщего поклонения Богу Истинному, Который поругаем не бывает.

Ну а теперь — к частностям.

«НАД ПРОПАСТЬЮ ВО ЛЖИ»

— так назывался майский материал интернет-издания «Другой город», который читатели поименовали «скандальным». Еще бы! Там шеф-редактор красочно повествовала о жизни самарских проституток, и одна из них с рабочим псевдонимом Таис была — запасись корвалолом, читатель, — регентом многострадальной православной церкви. Кто книжки про Александра Македонского читал или знаком с произведениями И. Ефремова, тот знает, кто такая Таис Афинская, и почему к даме полусвета вдруг такая нетривиальная кличка прилипла. Даже в аду есть свой рейтинг и профессиональная гордость.

Это вам не Соня, прости, Господи, Мармеладова с изматывающей душу нравственной проблематикой, в которой простой российский мерчендайзер, поглощающий интернет-жвачку погонными метрами, разбирается, как Ниф-Ниф в цитрусовых. Таис — это, можно сказать, реформаторша религиозного темного царства, нано-луч во мраке бездушного клерикализма! Пусть и с инфернальным отливом. Она не просто трудится в храме Божием и продаёт себя за «три тыщи» в свободное от богослужений время, она… Нет, лучше от первого лица: «Мне очень нравится работать в церкви, нравится петь. Я просто балдею, когда дирижирую. Нравится регулировать репертуар, задавать тон. Хочу пободрее — ставлю простые произведения, хочу погрустнее — исполню трагическими голосами, с «пузырями», как мы говорим. Я отдаюсь этому полностью, и мне приятно, что людям нравится. Я разделяю для себя церковь, Бога и проституцию. Верю в Бога, но многие обряды мне не нравятся. Молюсь, но простыми словами. И склоняюсь к тому, что моя работа не греховна. Да, наверное, она не совсем правильная с точки зрения морали, но я не получаю от неё удовольствия, это просто способ заработка. Плюс именно проституция позволяет мне работать в церкви. Я бы не смогла прожить на одну зарплату, потому что надо растить ребёнка — искала бы другие, более высокооплачиваемые варианты. Так что получается, что проституция меня и держит в церкви». После того, как от этой слезоточивой цитаты вытерли скупые слёзы те, кто близко знаком с возможностями «регулирования церковного репертуара» и ди-джеев при нём, помещу ссылку на статью (http://drugoigorod.ru/the-catcher-in-the-lie/), потому что некоторое представление о Таис нам не помешает, а развитие этой истории не всегда позволит ссылаться на первоисточики во избежание душевных повреждений. Глаза — не тот орган, чтобы Интернет его берёг, как одинокая бабуля любимую кошку.

Я на это фальшивое сокровище наткнулась в связи с тем, что жизнь самарских «ночных бабочек», не взирая на расстояния, зацепила и Петрозаводск. Журналистка Е. Волункова, автор репортажа, всю жизнь прожила в нашей республике, относительно недавно сменив её на Самару. Это талантливый человек, блогер, который умеет выведать сокровенное и выжать своим словом эмоцию из монолита. Ну и понятно, что «Контакт» всколыхнуло на тему «наша-то ого-го! могёт, когда хочет!» Я наискосок «простыню» освоила и поняла, что Господь наш умеет даже продажность, на продажу выставленную, развернуть в нужном ракурсе. Название-то какое у материала — нарочно не придумаешь! Только по наитию свыше сообразишь. А раз так, то тёмные силы на Бога обиделись и решили на Нём отыграться. Посему следующий материал, вышедший в декабре в интернет-издании «Такие дела», назывался

«СЛИШКОМ МЕЛКО ДЛЯ БОГА».

Ссылку ставить не буду, фотографии там сомнительного свойства. Кого благословляют отфотошопленных блудниц рассматривать, Google в помощь. Кого нет — придётся мне на слово поверить. Итак, здесь уже Таис солировала, к нашей радости (без отвлекающего антуража со-путниц по скользкой жизненной дорожке), потому что анализ текста, связанного с биографическими сведениями, а особенно высказываниями от первого лица, позволяет нам сделать вывод о лжи, содержащейся в статье. Это ложь, которая направлена против нашей православной веры и Русской Православной Церкви, которую очень любят поливать грязью во имя правого дела, торжества истины и установления царства справедливости на земле, коему Церковь очень сильно мешает, то наличием нетрезвых священников, то повышенным содержанием золота на куполах, утвари, атрибутах и личных вещах клириков.

Меня всё время удивляет такая незадача: люди, которым наша Церковь нужна, как зайцу лыжи, постоянно учат нас, что нам там необходимо доработать, исправить, скорректировать, чтобы они снизошли до неё своим драгоценным вниманием. А мы почему-то должны подобострастно конспектировать их бредни и чего-то понуро и виновато себе на вид ставить. И можно с этим частично смириться, когда есть объективные факты, которыми нам глаза колют. Но когда «факты» придумывают и запускают по всей сети с пометкой «Мастрид!» (т. е. «Читать!»), то тут уж, наверное, стыдливое молчание — не наш выбор. А если и наш, то в пользу ада. Данное дело, может, и слишком мелко для Бога, но зато крупно для нас, которым Бог дал возможность к Причастной Чаше приступать, да? И не надо рассматривать любовь к ближнему как размазанную по тарелке манную кашу и дешевые вздохи над сентиментальной мыльной оперой. Преподобный Александр Пересвет, легендарный схимонах-воин, на Куликовом поле показал нам иной пример любви, живущий в веках. Я уж умолчу о сонмах мучеников, новомучеников и исповедников, коими прирастают наши святцы по сей день. Поэтому мы не будем есть и давиться, а разжуем.

Итак, автор статьи «Слишком мелко для Бога» хочет нас убедить в том, что Нина (имя Таис) — это человек, гармонично сочетающий в себе два мира: храм, где всё свято, чисто и светло, и панель, где всё наоборот. Противоречия, возникающие в голове читателя, обусловлены косностью Церкви, которая не желает идти в ногу со временем: молиться простыми словами, голосить, как Стас Михайлов, народу на радость, понимать Бога как любвеобильного Деда Мороза и оправдывать женщин, которые продают своё тело с благими намерениями — жить достойно и обеспечивать своих детей. Цитирую: «За 20 лет работы был только один раз, когда Нина отошла от церкви — когда случилась история с Pussy Riot. «Я думала, церковь заступится за них, она же призывает к прощению. Скажут, согрешили девушки, бывает, но не наказывать же их! А тут церковь сама в первых рядах — посадить, наказать. Я все свои косыночки в дальний ящик сложила и не пошла в церковь. Пошла на барабанах африканских играть. Но не пошло, бросила. Потом меня попросили в церкви батюшке помочь, я пришла, да так и осталась». Плохая у нас Церковь, негуманная, не так прощает — вон регенты с двадцатилетним стажем веру одномоментно из-за трёх хулиганок теряют. Понятно? Не из-за чего-то другого.

Но это полбеды. Беда в том, что нас пытаются убедить, что Нина-Таис — это живой человек, а не персонаж, порожденный богатым воображением и сознанием Е. Волунковой, пропитанным либеральными ценностями, как губка водой. Сейчас я приведу несколько цитат, из которых можно заключить, что Нина не только не регентовала в Церкви (20 лет!), а даже если и бывала там, то редко — допустим, забегала по дороге из квартиры в магазин свечку поставить.

Сначала о деятельности во имя блага народного. «Все, кто приходят в церковь — мои подопечные. Я такая большая курочка, а они мои маленькие цыплятки. Я чувствую за них ответственность. Как-то владыка указал, что надо петь. Я запела, потом увидела, что люди этого произведения не знают, и запела то, что они помнят наизусть. Подумала: в конце концов, я работаю для народа. Это не концерт, это молитва. Молиться должны все. Для меня самое главное — чтобы люди со службы ушли с хорошим настроением. Иногда с батюшками спорю: вот что люди выучили, то и будут у меня петь! Хочу, чтобы больше было песен, которые может петь народ! Стараюсь подбирать мелодичные произведения, теплые. Такие, от которых разворачивается широкая русская душа. В церкви я чувствую себя обслуживающим персоналом прихожан. Как в проституции, только здесь я счастлива. Служба — для них. Вера — для них. Церковь — для них. И мне хочется, чтобы им было хорошо».

Теперь о церковных песнях. «Люблю ломать ритм, чтобы люди прочувствовали силу музыки. Когда, например, музыка все громче и громче, и громче, и потом мы самую высокую ноту передерживаем, а затем я убираю ее и вступаю тихо — люди охают. Однажды я даже услышала всхлип в зале. Меня саму церковная музыка часто вышибает из реальности. Было произведение, сейчас его уже не поем, когда в одном месте я плакала всегда, много лет. Я отдаюсь работе полностью, и мне приятно, что людям нравится».

Здесь очень сложно как-то полемизировать, потому что написанное представляет собой полнейший абсурд. Даже невоцерковленным гражданам известно, что в храме песен не поют, произведения к службе по степени народной осведомленности и широты русской души не подбирают, зала для всхлипов в нем не оборудовано и т. д. «Это не концерт, это молитва», о которой у якобы регента с якобы двадцатилетним стажем нет никакого представления, потому что нет его у Е. Волунковой, которая сходила как-то раз или как-то два в церковь, погрузилась в атмосферу для творческого вдохновения и стала упражняться в ненаучной фантастике.

«Особенно смущает Нину необходимость исповедоваться. Смысла в исповеди она не видит, но признается, что всегда испытывала перед ней подсознательный страх.

«Некоторые грехи — это жизнь, данность. И каяться в них — все равно, что каяться в том, что у меня есть нос. Но все же я раньше думала: вот ни под кем земля во время исповеди ни разу не разверзлась, а передо мной точно разверзнется. И не ходила на исповедь. Но священнику это надо, он имеет право видеть регента воцерковленного. Поэтому пришлось наступить себе на глотку и исповедоваться. Говорила правду, но не всю. Сразу призналась во вранье и лицемерии. Решила, раз уж я после исповеди иду грешить, в этих грехах сознаюсь в самых первых. Прошло хорошо, но всякий раз, когда надо идти опять, меня коробит».

Вот оно светское представление об исповеди. Кстати сказать, усредненное. В одном учебнике по педагогике академик ничтоже сумняшеся написал, что в православной педагогике есть разные методы наказания, один из которых — исповедь. Ведь священнику только и нужно: уличить и покарать. Он право имеет. Над тварями дрожащими, простите, Божиими. Далекие от веры люди не понимают, что исповедь (Таинство Покаяния) для верующего суть примирение с Богом, с Любовью, Которую он оскорбил своими грехами, исцеление от ран, нанесённых себе самому скверными мыслями, словами и делами, баня, омывающая душу от грязи.

Совершается Таинство Духом Святым, и принимает покаяние Сам Господь. Священник говорит о себе, что он только свидетель покаяния, тот, кого Церковь уполномочила быть таким свидетелем, разрешать или не разрешать от грехов. Вот, например, у меня в душе блуд поселился, язва незаживающая, которая отдаляет меня от Господа Иисуса Христа, Бога моего, без Которого мне, верующему, жизни нет. Скажите, в чем наказание, если я прихожу на исповедь, каюсь, плачу, прошу помощи у Бога, чтобы победить грех, и Он врачует мне эту язву, и у меня больше не болит? Это всё равно, что сказать: врач меня наказал тем, что от рака исцелил. Да еще и с медперсоналом. Как пережить такое свободному человеку!.. А «несвободный» — он очень хорошо понимает, что либо тебе Господь Иисус Христос, как воздух, нужен, и тогда грех противен, либо грех тебе сладок, но тогда можно и без Христа прожить. Или со «своим Богом в душе». Что одно и то же. Третьего пути нет.

Ну и последнее. Нас пытаются убедить, что проституция — это хорошо. Шире надо на проблему смотреть, анахореты долгобородые! Не мельчить тут, на Бога равняться. «Как можно жить, когда ты себя червяком ощущаешь? Если слушать церковников, грех — это вся твоя жизнь. Есть — грех, любить — грех. Поэтому я не слушаю, а просто живу», — говорит Таис. Хотя после всего уже не знаю, Таис ли? Красной нитью проходят утверждения «я проститутка, и меня это не смущает», «бросать не собираюсь». Её, кстати, звали замуж (это к слову о невозможности честно жить), но «Таис сама себе каменная стена, опека ей ни к чему». И вообще «Одна моя подруга говорит, что нет в чистом виде зла и добра. Вот вода для рыбы — это рай. Вытащи её на берег, и она окажется в аду. А для человека наоборот. Так и для каждого существа есть свой рай и свой ад, своё добро и зло». Сама Таис представляет рай и ад своеобразно. Говорит, что человек живет так, как сам того желает. «Если человек говорит, что грешен, что будет гореть в аду, то так и будет — и здесь, и потом. А если оптимист, то у него будет рай на земле и рай после смерти. Так что кары господней я не боюсь. Не для того Бог нас создавал, чтобы вести статистику, что мы сделали, подумали, что мы съели… Это слишком мелко для Бога».

Всё. Цитировать больше не буду, потому что и так уже всё понятно. Нина-Таис хорошая женщина, честно зарабатывает на жизнь первой древнейшей профессией, верит в Бога по-своему, регентует в каком-то, скорее всего, тоже своем храме, и за двадцатилетний опыт церковной жизни ни разу не слышала про историю иконы «Нечаянная радость», где некий блудник, каждый вечер отправляясь на грех, подходил к иконе Богородицы и молился. И вот однажды он увидел, что на пречистых руках и ногах Христа открылись кровоточащие раны. В ужасе он спросил Деву Марию о язвах Богомладенца. И Божья Матерь ответила ему: «Ты и такие, как ты, продолжают распинать Сына Моего». Таким образом, двадцать лет «особых отношений с Богом» привели и закрепили Нину-Таис на панели. Теперь она ведёт мирную обывательскую жизнь, позволяющую ежедневного распинать «любимого Бога», подводя под это философскую базу, что, мол, ничего, потерпит. Он Бог. Он велик. Ему слишком мелко разбираться в вопросе, кто Его там распинает да почему. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы в запрещённый ИГИЛ не записывалось. Ага.

В общем, нас всё пытались, пытались и пытались убедить. Нет, ну попыток — не убыток. И те, кто о Церкви узнаёт из журналистских репортажей, убедились-таки и даже расстроились. Или разозлились. Или позлорадствовали. Или зевнули и пошли «Comedy club» глядеть, там интересней. Остальным же положение с этими псевдонародными сказками…

А ВОТ НЕБЕЗРАЗЛИЧНО!

Понятно, что помимо «лайков» и «перепостов» материалы собирают массу комментариев про продажных архиереев, зажравшихся попов, иномарки, автокатастрофы, нанопыль, «что — им можно, а ей нельзя?!!» и прочее. Масло в огонь льётся бесперебойно, как будто из зазеркального фонтана «Вражда народов». Ненависть, возникшая всего лишь из желания «пролить свет» или увеличить рейтинг интернет-ресурса. Знакомые мне говорили, что Е. Волункова — замечательный, неравнодушный к проблемам других человек, добрая и отзывчивая. Я верю. Я также верю, что она не враг Православия. Она блогер. Блогер имеет право, даже не разбираясь в проблеме, подать читателю свою авторскую точку зрения на неё. Т. е. блогосфера, в основном, находится за гранью экспертной журналистики. Это может быть эссеистика в Интернете. Хотите — читаете и наслаждаетесь авторскими поделками, не хотите — щелчок мышкой, и вопрос отпадает.

А реакция публики вполне объяснима. Попираемая святыня — это атрибут нашего времени. Нигилизм и порожденный им нравственный релятивизм (относительность любых нравственных норм) направлен на разрушение всего важного, нужного, дорогого и любимого. «Бог умер. Ничего не свято. Я — бог!» — такова позиция людей, стоящих на этой платформе. Они с радостью складывают в свою копилку подобные материалы. И их не убедит аргументированная и взвешенная позиция С. Худиева («Фантазии на заданную тему», http://radonezh.ru/analytics/fantazii-na-zadannuyu-temu-164698.html), репортаж М. Ахмедовой в интернет-издании «Православие и мир» («Последний прыжок отшельника: история из борделя», http://www.pravmir.ru/posledniy-pryizhok-otshelnika-istoriya-iz-bordelya/) и т. д. Им нужны новые подпитывающие ненависть впечатления, которые им обеспечит Московский Театр документальной пьесы Театр.DOC, принявший для постановки монопьесу Е. Волунковой «о проститутке-регенте Таис из Самарской области». Это документальный театр, основанный на подлинных текстах, интервью и судьбах реальных людей. Звучит, в нашем случае, как насмешка.

Ну да нам не привыкать. Христос предупреждал, что ненавидимы будем миром за Имя Его. И даже когда поводов особых не будет, состряпают Таис и народу непросвещенному под нос пихнут с командой «фас!». Но придет время и на наших глазах сокрушится очередная «Венера на Голгофе», потому что уже не в первый раз и потому, что цена ей «три тыщи», а Крест Христов не продаётся. И вообще Он спасал, спасает и будет спасать нас «от работы вражия».

ВАЛЕНТИНА КАЛАЧЕВА

См. также:

© Информационный отдел Петрозаводской и Карельской епархии
При использовании данного материала просьба давать ссылку на сайт Петрозаводской и Карельской епархии, http://eparhia.karelia.ru