ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ
Информационный портал Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Архиепископа | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Газета "Сретение" | Архив
Беседы о Православии | Календарь | Новости | ГостеваяОбъявления  | E-mail


Живу для других

«Фраза «все мы родом из детства» и про меня и не про меня. Не было у меня детства, того, что бывает у всех. Сладкого, веселого, беззаботного, с Мамой и Папой. Я знаю лишь Того, кто меня создал. Он там, наверху... Так легче. Представить тех, кто меня родил и оставил, трудно, мучительно трудно... За что?». Эти строчки — из рассказа «Соленое детство», написанного лауреатом премии журнала «Север» Александром Гезаловым. Но Александр занимается не только литературным творчеством. Он — член комиссии по правам человека при Главе Республики Карелия, председатель попечительского совета «Дома ночного пребывания», председатель попечительского совета городского проекта «Дети улиц», лауреат 2002 года г. Петрозаводска, инициатор и участник строительства храма во имя св. апостола Иоанна Богослова, председатель Карельской региональной общественно-молодежной организации (КРОМО) «Равновесие», о котором уже писало «Сретение».

Предлагаем беседу с этим разносторонним человеком.

Александр, как возникло желание создать «Соленое детство», написать о годах, проведенных в детских домах?

— Я изучал творчество тех, кто писал о воспитанниках детских домов… Как бы ни хотел даже гениальный человек, какие бы фантазии у него ни возникали, представить детдомовскую жизнь он не может. Невозможно ее просто понять. Можно заглянуть в щелку, приоткрыть занавеску, но там — пуленепробиваемое стекло, за которым идет совсем другая жизнь. Мне бы хотелось, чтобы «Соленое детство» стало неким произведением от имени всех детей-сирот, от тех, кто живет трудно, сложно, живет без материнской любви и заботы.

У вас не возникало желание забыть свое «соленое детство» и начать жизнь с нового листа?

— Я думал, можно начать все сначала. Но если говорить языком медицинским, то воспитание в детском доме — это диагноз. Отсутствие семьи, одиночество, жестокость системы, нищета дают ребенку опыт, преломить который невозможно. Поэтому я помогаю детям-сиротам, и пронизывающее отсутствие моего детства стало благом для других. Но для многих воспитанников детских домов оно становится горем.

А вы бы не хотели найти престижное, прибыльное дело?

— Можно и бизнесом заниматься, и литературным творчеством… Но радостней всего видеть счастливые глаза обездоленных детей.

— Почему вы стали инициатором и участником строительства именно храма, а не приюта или бассейна?

— Каким бы чистым, светлым ни был детский дом, детям нужна индивидуальная любовь. Мне кажется, Церковь — это семья, где есть люди, которые по-христиански любят каждого ребенка. Это более честно, нежели то, что происходит в детском доме. Воспитание в замкнутой системе, круглосуточное пребывание детей вместе при наличии приходящих и уходящих воспитателей, дают очень сложное психологическое восприятие жизни. Нужен некий позвоночник, и я считаю, стержнем должна быть вера. Тогда голова будет думать о созидании, а руки творить добро. Я не углубляюсь в богословие. Я только прихожанин, который считает себя ответственным за судьбу ребенка.

— Александр, почему вы решили организовать КРОМО «Равновесие»?

— Многие молодые люди сегодня тянутся к развлечениям, но время проходит очень быстро. А что я в этой жизни успел сделать? Для чего, ради кого я жил? Цель создания организации — оказание адаптационной помощи детям-сиротам, воспитанникам и выпускникам сиротских учреждений, на что я и хотел направить силы и энергию молодежи.

— Среди таких дел, как попечение о храме, приютах, Доме ночного пребывания, вы вдруг снимаетесь в рекламе…

— Во-первых, я надеялся, что человек, у которого снимался в рекламе, несколько коробок макарон отдаст в Дом ночного пребывания. Во-вторых, нужно показывать людям, что ты не религиозный фанатик, не фанатик общественной работы. Наконец, я закончил театральное отделение Карельского училища культуры и могу выйти на подмостки, донести до зрителя то, что нужно. Но на это нет времени, а реклама в этом смысле — способ не потерять форму.

— Не возникало желание сосредоточиться на чем-то одном?

— Очень сложно сосредоточиться на чем-то одном, вокруг столько не заткнутых общественных дыр. Ведь нужно и поддержать новорожденного, живущего в СИЗО вместе с мамой, и устроить мероприятие для бомжей. В этом смысле работа в каком-то одном направлении может лишить помощи других нуждающихся. Если же кто-то будет, например, помогать заключенным, то я с удовольствием займусь только детьми-сиротами.

— Вы оптимист или пессимист?

— Я — реалист с оптимистическими намерениями. Главное — видеть реальную картину, ведь соседство добра и зла существовало всегда. И, думаю, оно нужно потому, что дает мотивацию, желание преодолеть в первую очередь себя. Я знаю, есть люди без определенного места жительства, есть инвалиды, есть сироты. Радостного мало. Но надо стараться направлять туда свою деятельность, чтобы все стало более светлым и чистым.

Какое, по вашему мнению, значение имеет семья?

— Вопрос этот и простой, и сложный. Для меня семья — это некая идея будущего нашей России. Чем больше будет крепких семей, тем больше и крепче страна.

— Как проводите свободное время?

— Я практически не смотрю телевизор. Но в редкие часы досуга просматриваю старые фильмы, ищу что-то новое в современных постановках. Музыка меня в основном интересует та, которая ближе к человеку, из нашего романсы, классика, очень редко слушаю рок, некоторых бардов. Из заграничных исполнителей мне интересны Сенатра, Армстронг и другие. Это не ностальгический блюз о прошлом, а скорее понимание того, что жизнь, в принципе, прозаична. Сколько бы тысячелетий ни прошло, будут десятые, двадцатые модели компьютеров, сотовые телефоны вмонтируют в ухо, но человек со своими страстями и пороками останется таким же…

Читаю немного, в основном с интернета, ночью, потому что днем много работы. Меня очень интересует история, прежде всего история христианства, сиротства в России, читаю и публицистику.

— Откуда берутся силы для осуществления задуманного?

— Из соленого детства.

— И какие планы на будущее?

— Планов много, но вот сколько Бог даст еще успеть сделать. Есть дела, которые подсказывает сама жизнь, их не спланируешь. Главное — продолжать, то, что начато. Когда не хватает сил, мне помогает настоятель храма Иоанна Богослова священник Константин Савандер, и я продолжаю.

Мне бы очень хотелось, чтобы сегодня, завтра или через сто лет, в семье или детском доме, у детей не было соленого осадка от детства. Взрослые должны понимать, что только они, а не государство, ответственны за жизнь детей. С Божьей помощью все можно преодолеть.

«Оглядываясь назад, могу сказать, что какие бы трудности мне ни пришлось пережить, мне не жаль ни секунды из прожитых на этой земле. Я старался и стараюсь жить максимально честно и правдиво. Вопрос, для чего и ради чего живу, отпал давно. Я живу для других. Ради других. И ради памяти своих детдомовских друзей. Я живу ради тех, кто ступал, ступает и ступит на эту светлую землю. С радостью и для радости». («Соленое детство»)

Беседовала Ирина ТАТАРИНА
Фото Ирины ЛАРИОНОВОЙ

Узнать подробную информацию о деятельности КРОМО «Равновесие» можно на сайте организации: www.balance.sampo.ru. С предложениями и вопросами обращаться по электронному адресу: balance@sampo.ru.

См. также:

При использовании данного материала просьба давать ссылку на сайт Петрозаводской и Карельской епархии, http://eparhia.onego.ru