ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ. Сайт Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Архиепископа | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Газета "Сретение" | Архив
Беседы о Православии
|
Праздники
| Православный центр |
ГостеваяОбъявления  | E-mail


Я – бессмертен!

Так скажет любой православный человек, живущий с Богом в сердце и по Его заветам. И будет прав.

В “ТВР-Панораме” №7 от 7 февраля 2001 года опубликовано письмо Ирины Куницыной с рассказом о жизни и смерти ее мамы и полное вопросов о собственном будущем. Ответы на эти вопросы очень важны именно теперь, поскольку тысячи пожилых и молодых людей в современном обществе оказались как бы на перепутье. Убедившись, что прежняя шкала ценностей не выдержала испытания временем, разрушилась, они испытывают настороженное отношение к возврату в общество традиционного российского Православия. Как жить дальше? На что опереться? С чем сверять свой путь на земле? В чем черпать силы в трудах создания семьи, воспитания детей, построения карьеры? Как относиться к смерти? Сегодня мы попытаемся ответить на некоторые вопросы Ирины с помощью петрозаводского священника отца Константина Стрекачева. Прежде кратко повторим содержание письма И.Куницыной, опубликованное под заголовком “Легко ли жить и умирать атеисту?”

Ирина написала, что мама у нее прожила насыщенную трудовую жизнь, была фанатичной коммунисткой и непреклонным борцом с религией – “воинствующим атеистом”. За два дня до смерти она строго – настрого запретила дочери приглашать священника и проводить обряд отпевания, хотя была в младенчестве крещена, поскольку -де “Бога нет!”. По истечении сорока дней после похорон Ирине приснился сон, будто бы ей по телефону звонит мама и говорит, что “здесь очень плохо” и умоляет спасти. “Мамочка, как же я тебя спасу?” – спрашивает в отчаянии дочь. “Живи не так, как я”, -- ответила мама.

Сведущие люди пояснили Ирине, что мама испытывает жуткие угрызения совести и предупреждает, что без веры в Бога жить нельзя. Дочь Ирины бросилась креститься сама, крестила своих детей. Сама Ирина засела за чтение Библии и другой религиозной литературы (“прочитала горы” – написала она в письме), стала изредка ходить в храм, прислушиваться к себе, наблюдать за окружающими. Выводы оказались неутешительными.

Она убеждена, что ее дочь с детьми-подростками, как впрочем и многие знакомые, только притворяются верующими. Сама она через силу заставляет себя посещать церковь и перекреститься, не в силах отыскать Бога, уверена, что современное общество не готово принять Бога и спрашивает, кто ей в этом поможет. Она склоняется к мысли, что, может быть, и не стоит его искать, а достаточно делать добро людям, оставаясь атеистом, соблюдать нравственные принципы, и этого будет достаточно для ответа на Страшном Суде. У Ирины есть трагический личный опыт посмертной судьбы ее мамы, которого она изо всех сил стремится избежать. И множество вопросов о своем будущем -- без ответов.

Первый и основной вопрос отцу Константину о “звонке” с того света. Не выдумка ли это? Как к нему относиться? “Нет, не выдумка, -- рассказывает православный священник. – Усопшие не редко являются к оставшимся на земле, в миру родным и любимым людям, чтобы напомнить о себе, попросить помощи, предупредить об ошибках. Часто для священников через такие сны прихожан открывается, что принявшие святое крещение погребены без отпевания. Мы говорим в Церкви, что такой сон вовсе не знак, что “я тоже скоро умру”, как считают многие. Нет. Это просьба чаще молиться за усопших, творить милостыню от их имени, поминать в Церкви, подавать записки, ставить свечи, поминать в Родительские субботы. Такая наша помощь усопшим здесь, на земле, очень нужна. Они в ней нуждаются еще и потому, что сами для себя, для своего спасения уже ничего сделать не смогут. Только мы”.

Церковь земная и Церковь Небесная заняты одним делом – спасением людей, говорит отец Константин. Мир загробный очень близок, и мы его постоянно ощущаем. Люди верующие, всю свою земную жизнь отдавшие работе, семье, детям и в Царствии Божьем не отдыхают. Если на земле наши родные на склоне лет и в болезнях хлопотали о хлебе насущном, тяготились обязанностями, своим бренным телом, то там они свободны и имеют больше возможностей помогать близким. По благословению Господа, они могут являться к нам в различных образах, в том числе и во сне, чтобы посоветовать, наставить, предупредить, попросить. Бояться этого не стоит. Нужно прислушаться и молиться.

Давайте задумаемся, предлагает отец Константин, почему мы так страшимся смерти? Она естественна в жизни любого человека, также как и рождение. Ведь мы каждый день хороним родных, знакомых, мало знакомых и вовсе не знакомых людей и должны были бы привыкнуть? Не потому ли мы относимся к смерти с таким паническим страхом, что каждый в глубине сердца не считает ее закономерной, а напротив – противоестественной? “Я бессмертен, я не могу умереть никогда!” – примерно так может сказать любой из людей на земле. И всю жизнь верит в это. Почему? Может быть потому, что это правда? Может быть потому, что наше Я – это вовсе не отдельная наша рука, нога или вот этот дряблый живот, а бессмертная душа. Слабое наше тело отслужит положенный срок и упокоится в могиле, а душа будет жить дальше. В таком случае, если мы с этим согласны, почему так много заботимся о временном и слабом теле, удел которого так скуден, и так мало хлопочем об истинном своем Я -- бессмертной душе?

Но почему же Ирину Куницину не тянет в храм, хотя она старается изучить литературу, понять религиозный мир? Почему не удаются “мучительные поиски Бога” и кто поможет ей Его найти?

--Не нужно Ирине искать Бога, -- убежден отец Константин. – Бог никуда не прячется, он всегда рядом. Готова ли она сама принять Его, вот в чем вопрос. “Стучу перед дверями сердца вашего”, -- говорит Христос. И если мы не открываем, Он ведь ломать наши двери не станет...

Заметьте, несмотря на весь гордый пафос и обличения родных и знакомых “в лицемерии”, общества в “неготовности к искренней вере в Бога”, Ирина свою дверь Богу не открыла даже после предупреждения матери. Ведь она так и не приняла святого крещения, оставаясь, как сама говорит, атеистом. Иными словами, не согласилась войти в лоно Церкви в качестве полноправного члена. Не согласилась следовать за Христом, исполнять Его заветы, принять от Него помощь и Святую Благодать. Зачем же тогда сетовать на так называемые трудности – “не могу перекреститься, поклониться иконам” и так далее.

--Проблема Ирины в том, что еще не родившись, она пожелала набраться зрелости и сил, -- говорит отец Константин. – Так не бывает. В Православной Церкви человек рождается с принятием крещения и наречением ему имени. Только тогда мы начинаем учиться жить в Боге и с Богом. С этого момента и Бог помогает в познании Истины, в духовном взрослении, даже в преодолении житейских тягостей и невзгод. Но только помогает, а не заставляет и не делает ничего за нас. Он чуткий Учитель -- может вразумить нерадивого, послать испытание. Человек истинно верующий, церковный остро чувствует эту помощь. Самое больше наказание для него – это ощущение пустоты, внезапное чувство, что Бог оставил его один на один с собой. Это по-настоящему страшно.

Атеизм и безверие бесплодны, считает отец Константин, они лишают жизнь человека всякого смысла, разъедают его душу терзаниями и непременным думами о бессмысленности собственного земного бытия. А потому и смерть для атеиста чаще всего страшна. Личный опыт священника тому лучшее подтверждение. Ведь впереди для атеиста нет ничего – гроб, черви и забвение -- бесконечное небытие. Верующий человек, православный христианин знает, для чего он живет и к чему себя готовит. При каждом посещении церкви он вместе с другими молится, чтобы Господь дал “...смерти безболезненной, непостыдной, мирной и доброго ответа на Страшном Судище Христовом”. Для него не является большой тайной жизнь за гробом и он не испытывает трагического разрыва между небесными устремлениями души и обременительным грузом земного тела. Всю свою деятельную жизнь в Церкви – молитвой, воздержанием и постом он учится умалять земное ради небесного. Потому и жизнь для него духовно понятна и ясна, и смерть светла. Поскольку воспринимается она вовсе не как конец всему, а напротив – только начало.

Константин ГНЕТНЕВ

ИНТЕРНЕТ-ЖУРНАЛ

НА ГЛАВНУЮ