ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ
Информационный портал Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Митрополита | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Архив
Беседы о Православии | Календарь | Новости | Объявления |  E-mail


Приходская жизнь Петрозаводского уезда в ХIХ веке

Фотографии раскрываются при нажатии мышкой на миниатюры.
При использовании устаревших браузеров фотографии можно открыть с помощью правой кнопки мыши >>> открыть в новом окне.

Данная тема в более узких рамках уже освещалась в трудах сотрудников музея «Кижи». Р. Б. Калашникова посвятила статью истории жизни четырех заонежских священников, основанную на воспоминаниях современников и архивных источниках (метрических книгах и исповедных ведомостях). С. В. Воробьева представила взаимоотношения и связи с кижскими храмами крестьян Кижской волости, поменявших социальный статус и место жительства. Д. Д. Абросимова обстоятельно проштудировала источники о народных школах Кижской волости со времени их возникновения в 1837 году до начала ХХ столетия. Данная публикация продолжает тему взаимоотношений Церкви и прихожан, в ее основе документы Спасо-Кижского прихода. Но жизнедеятельность прихожан и клира не ограничена только сведениями о Кижской волости. В статье значительное место уделено церковным приходам, расположенным на Заонежском полуострове, которые в ХIХ столетии были в составе IV благочинного округа Петрозаводского уезда Олонецкой епархии. Благочинный округ включал несколько приходов, его возглавлял священник одного из приходов. На протяжении рассматриваемого периода службу благочинного исполняли разные священники. В используемых источниках упоминаются священники из Толвуи, Кузаранды, Сенной Губы, Кижей. Чтобы передать характер, нравы, обаяние коллективной общности, духовность той эпохи, и свести к минимуму личное мнение о жизни значительной части православных заонежских христиан, статья построена в основном на цитатах из архивных документов Петрозаводской и Олонецкой Епархии.

В 1868-1880гг. по данным благочинного священника Толвуйского прихода Петра Раевского IV благочинный округ занимал северо-восточную часть Петрозаводского уезда, в пределах 135 верст в окружности. Главных приходов было шесть: Толвуйский, Кижский, Сенногубский, Великогубский (с приписным Яндомозерским), Кузарандский (с приписным Вырозерским), и Типиницкий. Расстояние между приходскими церквами – от 10 до 20 верст. Большинство храмов во второй половине ХIХ столетия были деревянными, исключение составляли церкви: в Толвуе, Великой Губе и Сенной Губе. В 1879 г. в указанных приходах было 15 церквей:

В Толвуйском – в честь Живоначальной Троицы, во имя Влмч. Георгия, приписная во имя Димитрия Солунского в д. Падмозеро, в 7 верстах.

В Кижском – в честь Преображения Господня, в честь Покрова Пресвятой Богородицы, приписная Введения во храм Пресвятой Богородицы в д. Сибово, в 10 верстах.

В Сенногубском – во имя Николы Чудотворца (1810 г.), в честь Богородичной иконы Тихвинской Богоматери (1848 г.), приписная в д. Конда во имя Влмч. Параскевы Пятницы.

В Великогубском – во имя Алексия Человека Божия (1867 г.), приписная в д. Яндомозеро во имя Влм Варвары, в 5 верстах.

В Кузарандском: в честь Рождества Богородицы, приписная в д. Вырозеро во имя Николая Чудотворца, в 10 верстах.

В Типиницком – в честь Вознесения Господня, приписная в д. Полевская во имя Ильи Пророка в 10 верстах.

В ведомости А. Русанова 1865 г. указаны категории храмов: Толвуйская – III класса, Кижская – IV класса, Сенногубская, Великогубская, Кузарандская, Яндомозерская – V класса, Космозерская, Фоймогубская, Вырозерская и Типиницкая – VI класса.

Число часовен в приходах данного благочиния варьировалось от 4 до 10 строений.

В Спасо-Кижском приходе в 1818 г. их десять: в честь Успения Богоматери (д. Лукинщина (Васильево)), во имя Влмч. Георгия (д. Воев Наволок), во имя «Святителей Власия и Медосия» (д. на Керкострове?), во имя Зосимы и Савватия Соловецких чудотворцев (д. Новой Заживки (Липовицы)), во имя Ильи Пророка (д. Прохновской (Сычи)), в честь иконы Богоматерь Знамение (д. Анисимовской (Корба)), в честь Положения честного пояса Богородицы (д. Сявнеги (Кургеницы)), во имя Влмч. Димитрия (д. Ольхинская (Ямка)), Георгия (д. Усть-Яндома), «Парасковьи» Пятницы (д. Подъельники). Малые храмы в приходе в разных документах различаются по количеству и местоположению. В документе 1851 г. записано только 7 часовен, нет Успенской в д. Васильево (Большой двор), Димитриевской (д. Ольхинская (Ямка)), Георгиевской (д. Усть-Яндома), Параскевы Пятницы (д. Подъельники), но есть Петропавловская в д. Насоновской (Волкостров), которая не указана в более ранней ведомости. В этом источнике к названиям некоторых часовен добавлено второе наименование. Например: во имя Ильи Пророка и в честь иконы Сицилийской Богоматери (д. Прохновской (Сычи)), в честь Трех Святителей и Соловецких чудотворцев (д. Новой Заживки (Липовицы)). Усть-Яндомская часовня позднее выбывает из Кижского прихода – в документе 1851 г. она значится в Яндомозерском приходе. В ведомости за 1865 г. указана часовня в честь преподобного Макария Желтоводского в д. Косельга.

В толвуйском приходе в 1851 г. перечислено 9 часовен: в д. Щедровская – Сретения и Влмч. Димитрия 1772 г., в д. Тявдия – Казанской Богоматери 1790 г., в д. Часовенской –Архистратига Михаила, Пророка Ильи и преподобного Зосимы Соловецкого, ранее 1707 г., в д. Пегкуевской (без наименования) около 1805 г., в д. Игумновской – Александра Свирского 1800 г., в д. Мироновской – Модеста патриарха Иерусалимского 1800 г., в д. Зажогинской – Вознесения и Покрова, в д. Юлмаки – Воздвижения Креста Господня, в д. Са… [неразборчиво – Г.Ф.] преподобного Савватия Соловецкого. В Вырозерском приходе также указаны даты строительства часовен, но отсутствует их посвящение. Их всего четыре: в д. Широкопольской – 1800 г., д. Софроновской – 1760 г., д. Дальний угол – 1780 г., д. Римской – 1760 г. Датировка в церковных документах малых храмов большая редкость. Обычная формулировка для них: «все издревле и неизвестно кем» – так, например, сообщается о часовнях Кижского прихода.

Во второй половине ХIХ столетия фиксируется преобразования часовен в церкви. Так в д. Сибово Спасо-Кижского прихода по указу от 15 апреля 1863 г. за № 2381-м при часовне в честь Введения Богородицы строится алтарь «доброхотными подаяниями жителей этой деревни». В этом году часовня изменила свой статус на церковь. В сентябре 1865 года в нее для совершения богослужения из кижских храмов переданы освященные сосуды. Также были преобразованы в церкви часовни во имя Параскевы Пятницы в д. Конда Сенногубского прихода в 1862г., во имя Николая Чудотворца в д. Вегоруксы, после 1865 г. Вегорукский приход отделившись от Великогубского стал самостоятельным. К нему отошел в качестве приписного Яндомозерский.

По штатному расписанию от 1802 г. в Типиницах, Яндомозере, Кузаранде, Фоймогубе, Космозере и на Вырозере было по 1 священнику, дьячку и пономарю. В Кузаранде в штате был диакон. Полный штат с двумя священниками имели Толвуйский и Кижский приходы. Такой же штат был и в Великогубском приходе, который в начале ХIХ века был приписан к III благочинию, а позднее отошел к IV ведомству.

В графе «определение» должности во всех приходах обозначены словами: «по семейной линии». Так в Фоймогубе с 1790 г. служит священник Михей Петров, 42 лет. Он «сын Кижского прихода утопшего священника Петра Васильева». В Толвуе – Иван Стахеев, «сын Стахея Иванова священника онаго прихода», который переведен в Пудожгорский приход. Второй священник Григорий Еремеев, 31 года, сын священника Никольского погоста Лодейнопольского уезда. Григорий Еремеев, кстати, единственный священник в IV благочинии в последней трети ХVIII века имел образование. О нем записано: «учился и выпущен из риторики». В Кижах в 1786 г. Петр Мефодиев, 43 лет, сменил умершего отца Мефодия Васильева. До этого служил с 1780 г. дьячком в Типиницах. Пономарь при церкви его сын – Лука Петров, дьякон – Архип Иванов сын умершего Ивана Мефодиева. Второй священник Симеон Стефанов, 35 лет, поступил на место умершего Петра Иванова в 1802 г. Он сын пономаря Стефана Евфимова из Согинского прихода Олонецкого уезда. До Кижей служил в Ялгубе. От Петра Иванова в Кижском приходе дьячками остались два сына Михаил и Иван Петровы. В документах с 1802 по 1813 г. в Кижском приходе значатся те же люди на тех же должностях: Симеон Соколин, Петр Мефодиев, Архип Иванов, Михаил, Иван и Лука Петровы. На протяжении всего ХIХ столетия в семьях священников воспитывались дети, которые продолжали «семейную линию». Так, например, сын пономаря челмужского священника Завадовский Михаил Стефанович (1832-12.06.1913), поступил в 1852 г. на освободившееся место настоятелем в Кижскую церковь, где прослужил более 50-ти лет. Со временем из троих его сыновей два стали церковнослужителями, а третий – учителем. Эти примеры, как и приведенные в статье Р. Б. Калашниковой, подтверждают, что священнослужение в Олонецкой губернии было «семейным делом» и в лоне семьи складывалось своеобразное сословие традиционного общества – сельское духовенство. Некоторые из его представителей становились известными личностями. Так, сын пономаря Яндомозерского прихода Плотников Константин Никанорович, защитил диссертацию по богословию, в течение почти 4 лет с 14 апреля 1898 по 08 ноября 1901 г. служил олонецким епархиальным миссионером. В результате в 1901 г. им была написана популярная и сегодня книга «История русского старообрядчества».

Оклады у причта в 1851 г. были близкими. Так в Кузарандском приходе священник получал 140 р., дьячек – 40 р., пономарь – 32 р., просвирня – 24 р. серебром; в Великогубском также; в Яндомозерском священник – 137 р. 20 к., дьячек -39 р. 20 к., пономарь 31 р. 36 к., просвирня 23 р. 52 к. серебром. По вновь утвержденному штату 1855 г. в Кижском приходе соответственно: священники – 130 р., диакон – 65 р., дьячек – 32 р., пономарь – 26 р., просвирня – 20 р. Пахотной земли у кижского причта в 1863 г. было 12 десятин, сенокосной 11 десятин 818 сажень. Дома у священников в описываемых приходах были собственные.

Сохранилась опись имущества от 1882 г., оставшегося после смерти толвуйского священника Василия Соловьева. В его хозяйстве была 1 корова, стоимостью 7 рублей, 1 овца (1 рубль), медный самовар, весом 10 фунтов, полдюжины чайных чашек, чайник фарфоровый, 4 стола, полдюжины сосновых стульев, зеркало в простой рамке, шкаф платяной. Как видим, сельский священник жил скромно. В этом документе раскрывается интересная история родственников, подтверждающая сохранение священнического образа жизни по «семейной линии». Вдова предыдущего толвуйского священника Анна Молчанова написала прошение в Олонецкую консисторию с необычной просьбой: «приискать ея внучке, священнической дочери Александре Соловьевой жениха, кого-либо из окончивших курс Семинарии», поскольку священническое место в Толвуйском приходе не занято. А. Молчановой было отказано в ее просьбе, по причине невозможности исполнить просимое. Но, почти сразу в Епархию поступило прошение от учителя Типиницкой земской школы Константина Светлова об определении его на вакантную должность помощника настоятеля, а также (!) о разрешении ему вступить в брак с дочерью бывшего священника В. Соловьева и внучкой А. Молчановой – Александрою. Таким образом состоялась судьба внучки – она осталась в родной ей атмосфере священнической семьи.

Благочинные регулярно отчитывались епархиальному начальству о состоянии дел в приходах, о благочестии прихожан и причта. Так в рапорте за 1879 г. благочинный Петр Раевский выделил двух священников: сенногубского Стефана Ржановского и кижского Михаила Заводовского, как отличающихся «усердным выполнением пастырских обязанностей и назидательным проповеданием Слова Божия в церкви своим прихожанам». М. С. Заводовский был награжден орденом Святой Анны III степени в мае 1896 г. Любопытны высказывания П. Раевского о прихожанах IV благочиния. «Состояние благочестия в народе Обонежской местности измеряется по большей части выполнением внешней религиозно обрядовой стороны, так что истинно благочестивым почитается здесь тот, кто во всей строгости соблюдает внешне посты, то есть не употребляет мяса и рыбы, не пьет чаю и кофе, не курит и не нюхает табаку и вообще старается казаться набожным. При всем в этом в пределах благочинического округа не мало есть ревнующих и об истинно благочестивой жизни».

Источник 1863 г. характеризует благочестие местного населения по данному благочинию в основном положительно, выделяя жителей некоторых приходов. Так, православные Спасо-Кижского прихода описаны похвально: «…большая часть прихожан во все воскресные дни собираются к Богослужению и в особенности к Литургии постоянно и в большом количестве, посты соблюдают строго и в отношении между собою замечается много хороших качеств, как то: вспоможения друг другу, подаяния милости и пр. весьма многие поминают усопших и ходят на поклонение к Святым угодникам в Соловецкий монастырь» и не только. В делах Канцелярии начальника Олонецкого губернского распорядительного стола сохранился документ – прошение крестьянской вдовы Кижской волости и общества деревни Кижского острова Южного конца Татьяны Гавриловой Круговой о выдаче документов: билета до города Одессы и затем, по прибытии в Одессу, заграничного паспорта для поклонения Святым местам в Иерусалиме. Круговой был выдан «годичный» билет за № 1394 от 21 марта 1864 г. От имени гражданского губернатора Арсеньева одесскому градоначальнику было отправлено сообщение с просьбой «не оставить своим распоряжением о выдаче Круговой заграничного паспорта на свободное следование в Иерусалим…».

Духовное просвещение, включая обучение грамоте местного населения было обязанностью причта и членов их семей. Помимо прямых обязанностей священники и члены их семей обучали детей грамоте. Духовное ведомство обучение, включая содержание, практически полностью возлагало на местных священников в их домах. По данным 1863г. в Типиницах читать и писать дети учились у жены священника. В Космозере азы грамоты познавали в доме священника при помощи его жены и сестры. В Яндомозерском приходе дети занимались не только у священника, но также у крестьянина Калистрата Нефедова в д. Родионовой. В 1879 г. в Сенной Губе и Кижах благочинным указаны земские училища, в которых он отмечает двух наставников Василия Ржановского и Александра Русанова, как отличающихся «педагогическим тактом и успешным усердием к делу народного образования». А из законоучителей «толкованием и ревностным выполнением своих обязанностей» выдаются священники Сенногубского прихода Стефан Ржановский, Кузарандского – Всеволод Николаевский и Кижского – Иоанн Павинский.

Здесь же логично упомянуть о приходских «библиотеках» – книгах, которые выписывались членами причтов и поступали из епархии. Все книги были определенного содержания в помощь священникам: Богослужебные книги, книги духовного содержания, книги Священного писания, книги исторические. Так в Реестре книг поступивших с 1835 по 1866 год в Кижский приход значится 38 наименований. Среди них больше всего бесед и поучений. Перечислим некоторые: «Беседы протоиерея Нордова о блаженствах», «Беседы сельского священника к прихожанам» архиепископа Антония, «Беседы Евсевия епископа самарского на Воскресныя и Праздничныя Евангелия» в 2-х книгах. Насущные для священников, служащих в местностях с сильным влиянием даниловских староверов, книги: «История русского раскола» митрополита Макария, «Истинно древняя и истинно Православная Христова Церковь» митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского Григория. И, конечно же, «Православный собеседник» и «Православное обозрение». За эти годы не церковного содержания значится только одна книга «Воспоминание о пришествиях Великого Государя Императора Петра Первого в Олонию» .

Для поддержания достатка, ремонтов или приобретения необходимой утвари священники обращались к епархиальному начальству с просьбой на получение специальной книги, которая называлась «зборной книгой». Сбор денежных средств осуществлял представитель клира или выборный от прихожан. Так священник Кузарандского прихода в 1819 г. просил разрешения на получение сборной книги для приобретения серебряной ризы к образу Спасителя. Кижские священники также неоднократно просили и получали сборные книги. В епархиальных документах в первой четверти XIX в. в этой связи неоднократно упоминается кижский священник Симеон Соколин.

В 1817 г. Соколина вызывали в епархиальное правление по причине несвоевременной записи в приходо-расходную книгу об использовании денег по зборной книге, выданной в 1815 г. Для выяснения был назначен священник Иеремеев, благочинный 2 округа Петрозаводского уезда. По рапорту благочинного «Щетъ денег прихода и расхода по оной учинен, по коему оказалось в сборе 2255 рублей 35 копеек в расход же употреблено из них 2254 рубля 70 копеек… И тот приход и расход записан в приходо-расходную книгу и в оную зборную особыми статьями». Затем имя кижского священника встречается в связи с просьбой предоставить ему отпуск для свидания с родственниками в Санкт-Петербург сроком на один месяц. Но, из справки, поступившей из Консистории оказывается, что Симеон Соколин «прикосновен к производству водящемуся в петрозаводском уездном суде делу о покраже дьячком якобы из кижской церкви денег». В силу чего он обязан неотлучно быть дома. Паспорт ему разрешают выдать после того, как из суда поступит сведение, «что нет за ним по суду надобности». Кража денег была весьма серьезной. В 1814 году вторым священником Петром Мефодиевым в Санкт-Петербурге было собрано по сборной книге 850 рублей, к 1815 году собралась значительная «доброхотная» сумма – 2433 рубля 4 копейки. «Из сего числа 2310 рублей покрадено и дело производится по суду». Дело, по-видимому, разрешилось в 1820 году. Такой вывод можно сделать из сохранившейся расписки, написанной С. Соколиным. В декабре 1820 г. священник, наконец, получает паспорт для поездки в Санкт-Петербурге. Он обязуется по прибытии туда «во дворец и придворную церковь не входить их императорских величеств и их императорских высочеств просьбами своими не утруждать и там ни где без благословения его высокопреосвященства Михаила митрополита Новгородского и Санкт Петербургского и разных орденов кавалера священнослужения не отправлять …» – в чем он и подписался. Вероятно, исходя из содержания расписки, Симеон Соколин был очень активной личностью, радеющей о благосостоянии кижских храмов. Но действия его, возможно, не всегда отличались деликатностью и видимо были чрезмерно настойчивыми. Подтверждение этому находим в другом документе. «Священнослужители того Кижского прихода с церковным старостою и приходскими людьми усмотрев необходимую надобность в обивке листовым железом на Преображенской своей приходской церкви глав, коих на церкви за исключением одной уже обитой 21-на, и не имея в виду такового количества суммы, которой бы достаточно на то было…» просят очередную сборную книгу сроком на 2 года. А также священник С. Соколин просит выслать сданную в 1816 г. в Новгородскую консисторию сборную книгу, так как в той книге есть запись о пожертвовании в 1814 г. купцом Александром Ольхиным ста пудов листового железа для обивки церковных глав. Но, получить которое церковь не может по причине его смерти. Из письма явствует, что «оное железо» вдова купца А. Ольхина согласна отпустить. Но после того, «как по представлении ей прежней сборной книги, в коей собственноручною рукою его Ольхина подписано, что он жертвует на церковь нашу помянутое количество листового железа…». Прошение кижского священника было рассмотрено в Новгородской духовной консистории и Симеон Соколин получил книгу, а затем и листовое железо для кижских храмов.

Обилие глав на Преображенской церкви требовало больших финансовых затрат, помимо пожертвованного железа Ольхиными, оно покупалось на собранные деньги. Так в Санкт-Петербурге крестьянин Козма Клинов (кижанин?) получив в марте 1822 г. от прихода 700 рублей купил его на сумму 867 рублей. В июне листовое железо на обивку церковных глав было доставлено, о чем и сделана запись в приходо-расходной книге.

Из приходо-расходных книг кижского прихода видно, что кижане на протяжении всего ХIХ столетия регулярно собирали средства на ремонт и поддержание храмов в «благолепном» состоянии. Сборы были разнообразными. Это могли быть пожертвования от прихожан на определенные цели. Так, в 1817 г. от государственных крестьян кижского прихода поступило пожертвований на обшивку Преображенской церкви на сумму 213 рублей 50 копеек, а в 1818 г. на эти же цели «общею складкою денег 422 рубля». В 1820 г. «пожертвовано кижского прихода крестьянином Петром Елизаровым в церковь по желанию 100 рублей». Наибольшие суммы собирали через «Зборные книги», о чем уже были примеры. Значительные суммы поступали в храм от кижских прихожан и их родственников, сменивших свой статус и поменявших место жительства на Санкт-Петербург. Они принимали в дарениях активное участие. Церковные документы Спасо-Кижского прихода сохранили много сведений о кижанах, как о личностях, которые постоянно заботились о благосостоянии своих храмов.

Часть средств поступала из церковной кружки. Это были ежемесячные вложения, они большей частью шли на неотложные нужды, которые тщательно фиксировались в Приходо-расходных книгах. Суммы в них разнятся. Так в кижских книгах в мае 1809 г. в церковную кружку положено 3 р. 9 коп, а в июне 1813 г. «вынуто из кружки положенных в оную в течении сего месяца 53 рубля 60 копеек». Регулярные выручки были от продажи свеч. В двунадесятые праздники выручки от свечной продажи были значительными. В 1811 г. в праздник Воскресения Христова в апреле за проданные 10-ть фунтов свеч – 11 руб. 50 коп., в праздник Преображения Господня – 6 руб. 90 коп., в праздник Успения Пресвятой Богородицы – 12 руб. 10 коп. Суммы в несколько рублей были от выручки проданного хлеба, холстов, полотенец, собранных во время обхода деревень в пасхальную неделю. Значительные – от продажи пожертвованных предметов. Например, от продажи кижскому крестьянину Морозову жемчужных серег и поднизи 69 рублей.

Небольшие ремонтные работы, хозяйственные дела и иные нужды в приходах выполнялись за относительно небольшие платы жителями своих или соседних приходов. Так, например, на шитье риз специализировался вегорукский крестьянин Иларион Васильев. Кижане дважды заказывали ему их пошив в 1862 и 1863 гг. В Яндомозерских приходо-расходных книгах часто упоминается крестьянин Михей Иванов Абрамов, выполнявший разнообразные работы в храмах. В декабре 1858 г. он переплетал одну часть Пролога и Общую Минею, в октябре 1865 г. вставлял стекла в церкви Александра Свирского, красил церковь, в 1894 г. чистил и лакировал иконы, оклеивал стены обоями, красил панели и полы в алтаре этого храма. В кижских церквях в 1860-е гг. работали пришлые иконописцы. В марте 1863 г. заонежский крестьянин Иван Аверкиев поправлял две запрестольные Богородичные иконы за 1 рубль 50 копеек серебром. В этом же году за 10 рублей поправил месячные иконы иконописец Василий Алексеев Потапов из д. Огорелыши Повенецкого уезда. Он же в 1865 г. получил 30 рублей «за поправку в Покровской церкви икон в иконостасе» . В это же время с мая по октябрь крестьянин д. Обельщина Сенногубского прихода Иван Дмитриев Грешников «сработал» иконостас в кижской Преображенской церкви. Чистку и серебрение металлической утвари выполняли пришлые люди. В кижской расходной книге от 12 февраля 1862 г. записано, что в 1860 г. «очистку и посеребрение лампад, кадил, подсвечников и другой церковной утвари» выполнили серебряные мастера Владимирской губернии города Житомира крепостные господские люди Федор Антов с товарищами. В 1892 г. серебрение утвари выполнил серебряных и золотых дел мастер Даниил Севанин.

В великогубской летописи от 1867 г. отмечены мастера, оформлявшие интерьер храма: «Мастера нашлись недорогие, так например, Иконостас с иконами, какого нет во всей округе, обошелся в 600 руб. Те и другие мастера, т.е. иконостасные и иконописец, работали не столько из-за денег, сколько из любви к Святому делу. Материалы явились под руками; Господь подвиг таких благотворителей на коих вовсе не рассчитывали и даже вовсе не знали их до окончания постройки». Золочение ранее сделанного иконостаса в великогубской церкви выполнил фоймогубский крестьянин Петр Иванов Пономарев.

Немалую бескорыстную помощь при строительствах храмов и крупных ремонтах оказывали люди из других приходов. Так толвуйские прихожане братья Захарьевы неоднократно упоминаются в документах. В 1862 г. 23 июня Великогубский приход для строительства каменной церкви и колокольни принял «жертвованнаго теса купцами Захарьевыми в 1 дюйм толщиною 307 досок, в 1 ½ дюйма толщиною 348 досок, в 2 ½ д. 70 досок», 16 июля этого же года еще одно пожертвование: 386 досок 2 ½ толщины.

В 1871 году братья Захарьевы принимали «главное участие в поправке» колокольни в Яндомозере, пожертвовав «на сей предмет 678 досок на сумму 120 рублей, а прочая сумма приобретена трудами церковного старосты крестьянина Николая Котогонова». В 1862 г. Федор Петрович Захарьев пожертвовал в Кижский приход из Лумбушского завода 550 штук теса. В 1874 г. Захарьевы жертвуют 500 досок на перекрытие кровли Покровской церкви в Спасо-Кижском приходе. В епархиальном журнале за 1871 год записано: « о пожертвовании братьями Захарьевыми рассмотреть вместе с прочими их пожертвованиями в церкви и монастыри Олонецкой Епархии». Значительную помощь они оказывали и своему Толвуйскому приходу. Церковный староста Василий Петров Захарьев летом 1882 г. «на свой собственный счет исправил штукатурку у церкви Святого великомученика Георгия, как внутри, так и извне, обелил означенную церковь, а также перекрасил купола и крышу, каковое исправление обошлось ему, Захарьеву, в 1000 руб. сер., считая материал и плату за работу».

Более всего из Захарьевых отличился на благотворительном поприще Иван Васильев Захарьев, крестьянин с. Толвуя (д. Масельская Гора). За что он был представлен к награждению орденом Правительственного Синода. 4 марта 1908 г. он подает прошение Олонецкому и Петрозаводскому епископу преосвященному Мисаилу разрешить строительство церкви в деревне Загубье Толвуйского прихода в месте рождения преподобного Зосимы Соловецкого Чудотворца на свои средства. В прошении он писал, что «на постройку церкви согласен употребить 4000- 5000 рублей». Со стороны IV благочиния и толвуйского причта, по сообщению благочинного Платона Логиневского священника Яндомозерского прихода, препятствий никаких нет. Уже в мае Захарьев получил разрешение. Через три с половиной года: 16 сентября 1911 года благочинный рапортовал о том, что церковь готова к освящению. Церковь была полностью обустроена И. Захарьевым на деньги в сумме 8000 рублей. При этом в отчете он сообщает, что «еще предстоит расходу около 1000 рублей». В акте об освидетельствовании храма подробно расписано, что удалось построить толвуйскому крестьянину. Церковь в соответствии с планом теплая, покрыта железом. Входные двери сделаны прочно и имеют надежные замки. В окнах железные решетки. На колокольне 6 колоколов весом от 30 до 35 пудов, которые Захарьев приобрел в Костроме. Престол утвержден на каменном фундаменте. Алтарь отделен от средней части «деревянным крашенным масляною краскою и золоченными колоннами и резьбою двух-ярусным иконостасом. Царские, северные и южные двери в нем однородной с ним работы. Иконы, как в иконостасе, так и алтаре и за клиросами все новые живописной работы, написаны по золотому чеканному фону вполне благоприличны».

Подобная благотворительность была распространенным явлением среди крестьян как зажиточных, так и простых крестьян Олонецкой губернии. В IV благочинии Петрозаводского уезда храмы возводились либо «тщанием прихожан», либо зажиточными жителями приходов. Например: в 1760 г. в Космозере была возведена церковь во имя Александра Свирского бывшим петербургским купцом Ф. Поповым. Часовня во имя преподобного Александра Свирского в д. Митриевской Сенногубского прихода «построена крестьянином той деревни Григорьем Вотоевым в 1799 г.». В Типиницах церковь Вознесения Господня в 1787 г. воздвигнута усердием прихожан. В Сенной губе церковь во имя Святителя Николая в 1810 г. сооружена тщанием прихожан и доброхотных дателей. Также строились церковь в честь Рождества Иоанна Предтечи в Леликово и церковь в д. Сибово Спасо-Кижского прихода.

Но такое благочестие и бережное отношение к своим храмам наблюдалось не во всех заонежских приходах. В отчетах благочинных имеются и противоположные высказывания о благочестии, в частности, фоймогубских прихожан. О них сообщается что они «малорачительны к церкви Божией». Обращаются к священникам служить молебствия с водоосвящением, если начинают строить дома. «Духовная благотворительность прихожан для них неизвестна». Вырозерские жители описаны как христиане, находящиеся под сильным влиянием Даниловской Вырозерской пустыни: «С истинно христианским благочестием в недрах церкви прихожан из числа 864 душ обоего пола десятая часть; причиною чего слепое доверие тайным и нелепым внушениям бродяг и лжеучителей, высланных из Даниловских и Лексинских раскольнических скитов, и приверженность к старине». Надо отметить, что староверы проживали в каждом из обозначенных приходов. В качестве примера напомним широко известную по публикациям семью Корниловых в д. Кургеницы Кижского прихода. В 1857 г. по официальным данным в Кижской волости: Кижского мирского общества, Великогубского, Яндомо-Космозерского и Сенногубского обществ проживали следующие категории старообрядцев: даниловцы (318 мужчин, 119 женщин), филипповцы (19 мужчин, 11 женщин), аристовцы (2 мужчин и 4 женщины). Между тем население Заонежья несмотря на разногласия в вопросах веры мирно соседствовало друг с другом. В документах по IV благочинию нам не встретились выяснения отношений между мирянами христианами, придерживавшихся ортодоксальной Церкви и староверами.

В статье мы не затрагивали литургическую сторону. Представили выборочно лишь ту часть источников, записи в которых повествуют о каждодневных бытовых хлопотах в приходах. Из них видно, что одни (состоятельные) прихожане делали посильные пожертвования, другие выполняли в приходах насущные дела, которые помимо благого дела, приносили им материальный доход. В представленных документах есть самые разнообразные записи о делах, выполнявшихся профессионально ориентированными крестьянами. Это были поставщики леса, распиловщики, строители, столяры, маляры, иконники, переплетчики книг, печники, портные, и т. д. Большинство из них проживало в деревнях своих приходов. Так, например, из кижан указаны жители Южного конца, Северного конца, Ольхиной, Середки, Липовиц, Западного берега, Пустого берега, Пахинского берега, Кургениц, Телятникова, Ерснева, Конды, Сибова; из типиницких – Бережной, Задней, Вороньей, Типиницкой, Высокой Нивы. Из дальних приходов в данных документах жители Пудожгорского и Песчанского приходов.

Из церковных источников очевидно, что приходская жизнь была насыщена ежедневными заботами благочинных, священников, членов причта, особо выделим старост, а также прихожан как проживавших в своей волости, так и за ее пределами. Каждый вносил свою посильную лепту в содержание храмов в контексте местной духовной культуры.

Информационный отдел Петрозаводской и Карельской епархии по материалам сайта музея – заповедника «Кижи», 2020 год.

См. также:

© Информационный отдел Петрозаводской и Карельской епархии
При использовании данного материала просьба давать ссылку на сайт Петрозаводской и Карельской епархии, http://eparhia.karelia.ru