ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ
Информационный портал Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Митрополита | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Архив
Беседы о Православии | Календарь | Новости | Объявления |  E-mail


Новая святыня Заонежья

Фотографии раскрываются при нажатии мышкой на миниатюры.
При использовании устаревших браузеров фотографии можно открыть с помощью правой кнопки мыши >>> открыть в новом окне.

Пудожский район. 11 июня 2021 года в жизни братии Муромского Успенского мужского монастыря произошло радостное событие – окончено строительство деревянной церкви Воскрешения Лазаря. Новая святыня Муромской обители является точной копией кижской Лазаревской церкви, которая была перевезена на территорию музея – заповедника из Успенской обители в 1959 году. По мнению исследователей, церковь Воскресения Лазаря, наряду с церковью Ризоположения из села Бородава, считается одним из древнейших сохранившихся деревянных храмов России.

Время донесло до нас документ, именуемый исследователями «Завещанием» Лазаря Муромского» (или «Повестью о Муромском острове»). В нем говорится о том, что церковь была построена основателем монастыря, иноком Лазарем Аввой (умер в 1391 г.), и освящена им в честь евангельского чуда – Воскрешения Святого праведного друга Божия Лазаря. «Завещание», как сказано в нем, было записано со слов самого Лазаря Аввы его приемником, старцем Феодосием. Подлинный документ не дошел до нас, но сохранилось несколько копий, переписанных от руки, которые содержат повествование о жизни преподобного Лазаря, об имевших место исторических фактах того времени, о деятелях Новгородской республики и Византии. Исследователи дают неоднозначную оценку подлинности этого источника, однако, обращаясь к истории создания монастыря, многие специалисты исходят именно из «Завещания».

Выходец из Византии (родился в Константинополе), постриженник Высокогорской Римской обители, Лазарь Авва прожил 10 лет в Великом Новгороде и в 1352 году пришел в Обонежье с духовной грамотой от новгородского посадника Ивана Фомина, дающей право владения землями, на которых и был основан новый православный монастырь. Таким образом, деятельность Лазаря Муромского относят к эпохе освоения Русского Севера новгородскими землепроходцами, среди которых мы встречаем не только княжеских дружинников, охотников–промысловиков, купцов, разбойников и беглых холопов, но и первых христианских миссионеров, которые шли сюда, чтобы «крестом и Божьим словом» утверждать новую веру.

Из летописей известно, что новгородцы и раньше предпринимали попытки обратить в христианство народы, населявшие северные приделы Новгородской феодальной республики. Так, например, в 1227 г. новгородский князь Ярослав Всеволодович, отец Александра Невского, крестил в православие корелу. Основание новых маленьких обителей на территориях, удаленных от крупных центров, явилось одной из примет того времени. На территории Карелии, начиная с XIV в., тоже сталь возникать первые христианские монастыри. По мнению ряда исследователей, они появлялись вдоль торговых путей новгородцев, выступая форпостами христианской веры и христианской культуры в этих краях, населенных в ту пору язычниками. Чаще всего монастыри находились вблизи крупных водоемов – водный путь был наиболее удобным и относительно безопасным, он позволял налаживать связи с внешним миром и, прежде всего, принимать паломников. Относительно расположения Муромского монастыря в «Завещании» Лазаря часто употребляется выражение «остров Мучь», или «остров на Муромском». Как пишет краевед Е.В.Нилов, «…современный ландшафт озера Муромского не имеет даже намека на островное положение монастыря» [8 , с.26] .

Первых христиан на Севере было мало, их храмы были невелики по размеру и скромны по архитектуре. Так длина церкви Воскрешения Лазаря составляет всего 8,8 м, а высота равна 7,1 м. Собственно–церковное помещение и алтарь рублены из сосновых бревен диаметром 18–22 см, а сени имеют заборно–каркасную конструкцию. Вместо фундамента – крупные камни, положенные под углы строения. Печи внутри церкви не было, отсутствует и прокладка пазов мхом, которая необходима для утепления сруба.

Церковь относится к типу клетских храмов: это значит, что она построена в виде прямоугольного сруба (клети), покрытого двускатной крышей и имеющего с востока прируб для алтаря, а с запада – притвор (сени). В плане постройка представляет собой три разновеликих квадрата, их размеры увеличиваются последовательно: алтарь, собственно церковное помещение, сени. Все три части различны по высоте: выше всех центральный сруб, алтарь несколько выше, чем сени. Центральный и алтарный срубы расширяются к верху, образуя повалы.

Каждая из частей этой постройки имеет собственную крышу с различной крутизной скатов кровли. Наибольшую крутизну имеет кровля собственно–церковного помещения, что также подчеркивает высоту этого сруба. Конструкция кровли – самцовая, без куриц и потоков. По слегам церковь крыта так называемым «ложеным» тесом, по всей длине которого проходят парные желоба, способствующие отводу воды. Тес крепится непосредственно к слегам. Нижние его торцы имеют пикообразную форму. Такой фигурно обработанный тес еще назывался «красным» (т.е. «красивым»). Завершают конструкцию охлупни, прижимающие тес сверху. Над собственно церковным помещением высится главка с крестом, массивный охлупень как будто слегка прогнулся под ее тяжестью.

Церковь строилась в ту далекую эпоху, когда красивое создавалось простыми средствами: соотношение пропорций, пластика архитектурных объемов, удачное размещение оконных проемов по глухой поверхности бревенчатых стен, массивные косяки, обрамляющие маленькое «красное» окно придают этой небольшой постройке истинную монументальность, а островерхая крыша, упругие повалы, сдержанная резьба тесин наделяют ее стройностью и изяществом [10 , с.136] . И польза, и прочность, и красота присутствуют здесь нераздельно. Как умело, например, использует мастер ребристую поверхность ложеного теса, чтобы «оживить» кровлю игрой света и тени, выявить текстуру дерева. А в ясную погоду бревенчатые стены украшены кружевной тенью от торцов тесин, которая то проявляется, то исчезает, как будто стертая набежавшим облаком. Вместе с тем, такой способ обработки кровельного материала облегчал сток дождевой воды с крыши постройки.

Конечно, архитектурный облик этой церкви ничем не напоминает величественные храмы, которые существовали в ту пору в Новгороде. Во многом она сродни постройками гражданского назначения. Но, вместе с тем, объемно–планировочные и конструктивные особенности, перечисленные выше, делают эту церковь отличной от любого другого строения, при взгляде на нее сразу становится ясно: перед нами храм. Маленький, скромный, но выстроенный в соответствии с традиционной схемой, исполненный точной соразмерности, мастерства, вкуса и той особой духовности, которая присуща только храмовому зодчеству.

Относительно датировки церкви Воскрешения Лазаря среди специалистов нет единого мнения. На протяжении столетия она датировалась в диапазоне от XIV до XVI вв. Версии более ранней датировки храма придерживался, в частности, доктор архитектуры А.В.Ополовников, по проекту которого велась реставрация памятника. Он выделил целый ряд архаичных конструктивных особенностей этой постройки, вот некоторые из них:

-способ возведения сруба. Углы рублены «в простую чашу» без внутреннего потайного зуба, обеспечивающего неподвижность бревна в стене. При этом бревна притесаны одно к другому так, что паз выбран не по нижней поверхности венца, как обычно, а по верхней;

-беспетельная конструкция двери, ведущей из сеней в собственно – церковное помещение;

-конструкция кровли. В каждый самец фронтонной части врублено по слеге (а не через один или несколько, как на более поздних храмовых постройках);

-наличие волоковых окон, представляющих собой прорези на стыке венцов, не имеющих переплетов, задвигающихся («заволакивающихся») с внутренней стороны доской;

-отсутствие потолка в алтарной части храма.

-нетёсаные стены внутри собственно–церковного помещения [9 , с.130–134] .

Вместе с тем исследователи прошлого, такие как Л.В.Даль [5 , с.97–98] и М.В.Красовский [6 , с.181] указывали на вероятность сооружения церкви в XVI в. Той же точки зрения долгое время придерживался и наш современник, академик архитектуры В.П.Орфинский [11 , с.25–28] . Однако в 1999 г. он выдвинул предположение, согласно которому церковь могли построить в два этапа: первоначально возвели собственно–церковное помещение и алтарный прируб, а во время реконструкции храма, произведенной в XVI в., к уже существовавшей двухчастной клетской церковке пристроили каркасные сени [12 , с.115–121] . Правомерность этого предположения подтверждает отсутствие общего срубного основания, которое обычно существовало при одновременном строительстве всех частей храма. О том же свидетельствует и состояние поверхности западной стены собственно–церковного помещения, которая отделяет его от сеней. Сегодня она находится внутри храма, но носит следы атмосферных воздействий, которым явно подвергалась прежде. Видимо, в то время, когда сени еще не существовали, она являлась внешней стеной постройки. Таким образом, принимая во внимание особенности объемно–планировочного и конструктивного решения храма, состояние древесины, а также не отвергая существующее предание, В.П.Орфинский относит к XIV в. строительство алтаря и собственно–церковного помещения, а к XVI в. – возведение каркасных сеней. Результаты дендрохронологического анализа, полученные в различных лабораториях России и Финяндии, также имеют расхождения и датируют образцы древесины, из которой сложены стены, 1464 и 1520 годами. В настоящее время официально храм датируется XV веком [14 , с.1]

В последующие времена насельники монастыря и жители окрестных деревень чтили церковь Воскрешения Лазаря как чудотворную святыню, связанную с именем преподобного Лазаря, основателя монастыря, причисленного православной церковью к лику святых. Карельские подвижники, создавшие здесь монастыри и почитающиеся теперь как преподобные, никогда не искали земной житейской славы ни для себя, ни для своих скромных обителей. Карелия привлекала их суровостью климата и духовной жизни. Эти тяжелейшие условия помогали обретать главные сокровища души — кротость и смирение. В XIX в. над ней был сооружен своего рода реликварий – церковь (часовня) значительно большего объема, это позволило защитить древний храм от внешних воздействий, продлить его жизнь. При ее строительстве сени были разобраны. По-видимому, эта часть постройки, не имевшая отношения к личности основателя монастыря, не представляла особой ценности ни в глазах монахов, ни в глазах общественности – сооружение реликвария приветствовалось Московским археологическим обществом, которое выразило свою признательность лесопромышленнику А.Н.Русанову, выделившему средства на ведение работ, за заботу о сохранении древней церкви [7 , с.55] .

Впервые церковь Воскрешения Лазаря исследовал академик архитектуры Л.В.Даль, это произошло в 1885–1886 гг., а в 1954 г. А.В.Ополовников провел тщательные обмеры и составил проект ее реставрации. В 1960 г. церковь была перевезена в музей «Кижи». В 1961 году проведены реставрационные работы [2 , с.8] .

Как пишет А.В.Ополовников, «…реставрация сохранившейся части сруба – среднего четверика и алтарного прируба – свелась лишь к замене некоторых сгнивших элементов точными копиями, воспроизведенными в новом материале…» [9 , с.111] . В частности, была заменена сгнившая кровля и нижние венцы сруба. Сени восстановлены заново на основании обмерных чертежей и рисунков, сделанных Л.В.Далем – в настоящее время они хранятся в архиве Института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е.Репина, в г.С.–Петербурге.

На сегодняшний день внутреннее убранство церкви Воскрешения Лазаря не восстановлено. Чтобы представить его себе обратимся к воспоминаниям одного из многочисленных паломников, который посетил Муромский монастырь в 1905 г. Он пишет: «… В сумраке рощи резко выделяется своей белой краской часовня – футляр (церковь–реликварий – прим. сост.). Спешим войти в нее, и перед нами -главная достопримечательность обители, церковка во имя Воскрешения святого праведного Лазаря, а за ее алтарем – гробница над мощами основателя обители. Какой глубокой стариной веет от этой церкви!… Через низкую, движущуюся на деревянных шипах дверь, входим внутрь церковки. Здесь очень мало света и трудно рассмотреть темные от времени иконы. Перед церковными (царскими – прим. сост.) вратами, на половинках которых написаны Василий Великий и Иоанн Златоуст, висит под потолком древнее паникадило в виде простого железного обруча. Выше церковных врат, на узкой длинной доске, от стены к стене, очень древняя надпись вязью. На одном конце, как удалось разобрать, написан тропарь: «Общее Воскресение…» … В миниатюрном алтаре церкви с воронцами вдоль стен, но без потолка, одежды на престоле (имеется ввиду «одеяние» престола, то есть, покрывающие его ткани – прим. сост.) и жертвеннике, а также завеса у царских врат – холщевые… Крашенинная риза преподобного, в которой он священнодействовал, и деревянный резной подсвечник его времени хранятся не в церковке, где они прекрасно гармонировали бы с общей древней обстановкой, а вне церкви, около ее алтарной стены, в шкафу за стеклом.

В часовне–футляре хранятся еще, как древность, деревянный подсвечник в виде треножника и на одном из окон – куски того жернова, на котором преподобный молол муку. Трудно было пробраться к окну и осмотреть эти куски: они переходили из рук в руки простодушных богомолок, которые грызли камни в надежде на исцеление от зубной боли…. По выходе из часовни мы замечаем богомольцев, теснящихся вокруг одной из самых старых сосен с засохшей уже вершиной и огрызанной на высоте человеческого роста корой… Богомольцы грызут кору в надежде на исцеление от зубной боли…» [4 , с.28–29]

Относительно того, как выглядел когда–то иконостас церкви, реставратор И.М.Гурвич пишет: «… Иконостас церкви Воскрешеня Лазаря являл собой древнейший тип двухъярусного иконостаса, состоявшего из девятифигурного Дейсуса (до наших дней не дошла централная икона с изображениями «Спас на престоле», «Богоматерь», «Иоанн Предтеча»), и … местного ряда, который ранее был представлен, вероятнее всего, одними Царскими вратами со столбиками и сенью, богородичной и храмовой иконами» [3 , с.12] . По мнению того же исследователя, иконы «Благоразумный разбойник Рах» (северная алтарная дверь), «Спас Нерукотворный» и «Даниил Столпник», дополняющие местный ряд, были включены в состав иконостаса позднее. Все перечисленные выше иконы являются, в настоящее время, частью коллекции Древнерусской живописи музея «Кижи». Наиболее древние из них – 6 икон дейсусного чина, Царские врата и столбики, датируются первой половиной XVI в. Точные сведения о судьбе храмовой иконы – «Воскрешение Лазаря» – на сегодняшний день отсутствуют.

Информационный отдел Петрозаводской и Карельской епархии по материалам, предоставленным Муромским Успенским мужским монастырем и статье «Церковь Воскрешения Лазаря из Муромского монастыря – один из древнейших памятников русской деревянной храмовой архитектуры» // Традиционная культура русских Заонежья. Интернет-публикация kizhi.karelia.ru. 2021. 178 с.

См. также:

© Информационный отдел Петрозаводской и Карельской епархии
При использовании данного материала просьба давать ссылку на сайт Петрозаводской и Карельской епархии, http://eparhia.karelia.ru