ПРАВОСЛАВИЕ В КАРЕЛИИ
Информационный портал Петрозаводской и Карельской епархии

Страница Архиепископа | ИсторияХрамы | Монастыри | Святые | Газета "Сретение" | Архив
Беседы о Православии | Календарь | Новости | Объявления  | E-mail


Толерантна ли толерантность?

Дети мои! станем любить друг друга
не словом или языком, но делом и истиною.
(1Ин. 3, 18)

16 ноября весь цивилизованный мир отмечал Международный день толерантности. В Петрозаводске в эти дни проходила международная научно-практическая конференция «Толерантность: искусство жить вместе». Ее организовали Государственный комитет по делам национальной политики Республики Карелия, Администрация г. Петрозаводска, Карельский филиал «Северо-Западной академии государственной службы (СЗАГС) в г. Петрозаводске, Информационно-образовательный центр «Диалог культур» при Карельском филиале СЗАГС в г. Петрозаводске и Республиканский Центр национальных культур.

Искусство быть равнодушным?

Говорят, что во время I Мировой войны произошел такой случай. Попавшему в плен мусульманскому полку Российской армии после его окружения предложили сдаться. Солдаты все, как один, упали на колени и запели «Боже, Царя храни!». Современный читатель наверняка удивится словам мусульман о «православном царе». Однако в ту пору солдаты не вдавались в богословские тонкости государственного гимна — просто воевали за родную страну, за ее народ, в большинстве своем — православный, и царя как главу государства и символа нации. Народы старались жить в братстве и единстве, а отношения между ними определялись словом содружество, которое подразумевало уважение, интерес и даже любовь.

Времена меняются. Сейчас дружественные отношения в западном обществе, отвергшем религиозные принципы общественной жизни, поскольку религия – теперь дело личное, определяются новомодным словом «толерантность», что переводится как «терпимость». То есть я, скрепя сердце, терплю вас, а вы — меня. Все это закреплено документально актами международного и государственного законодательства — а то кабы чего не вышло. В таком отношении человека к человеку больше надменности, чем любви. Но, как показывает практика, терплю я ближнего до тех пор, пока его интересы не пересекаются с моими интересами. В последнем случае в ход вступает самый горячий «диалог культур», например, американской с сербской или американской с иракской.

Из истории вопроса

В 1995 г. ЮНЕСКО утвердила Декларация принципов толерантности, на что в 2001 г. Правительство РФ откликнулось Федеральной целевой программой «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001 — 2005)». Как у любого социального явления у толерантности есть своя теория. Она гласит: толерантность — это готовность принять «других» такими, как они есть, и взаимодействовать с ними на основе понимания и согласия; уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявления человеческой индивидуальности; гармония в многообразии; активное отношение, формируемое на основе признания универсальных прав и основных свобод человека; обязанность способствовать утверждению прав человека, плюрализма (в том числе культурного плюрализма), демократии и правопорядка и т. д. (См. Словарь «Воспитание этнотолерантности подростка в семье». — СПб., 2005). Таким образом, толерантность — порождение гуманистической идеологии, враждебной Православию, идеологии человекобожия, утверждающей мудрость мира, которую Бог, как известно, «обратил в безумие» (1Кор. 1, 20).

Содержательный анализ православной публицистики, раскрывающей смысл толерантности, показывает, что это понятие во многих соответствующих контекстах трактуется не иначе как терпимость ко злу. И чаще всего данный термин употребляется, как правило, не в связи с толерантным восприятием национальных культур и традиций, а речь, прежде всего, идет о терпимом отношении к дурным привычкам, половым извращениям, экуменизму. В духе толерантности наркоманию, разрушающую личность человека и общество, нельзя называть болезнью, — это «свободный выбор человека». А если к тому же говорится об употреблении «легких» наркотиков, то в таком случае сам вопрос о наркомании вообще неуместен. Нельзя осуждать проституцию. Это – «ремесло», или «профессия» (интересно, какая у нее номенклатура в государственном перечне специальностей?).

Если вспомнить историю Православия, то в ней полно примеров деятельной любви, отстаивающей добродетели не только словом, но и делом. На I Вселенском Соборе «самый русский святой» Николай Чудотворец ударил еретика Ария за поношение и кощунство над Пресвятой Троицей. Хотя для «толерантного» сознания этот факт возмутительный: ну не сошлись собеседники в теоретическом обосновании Бога... Получается, что и святые апостолы тоже толерантностью не отличались. Чего только стоят слова апостола Павла: «Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники — Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6, 9 — 10). Или же высказывание апостола Иакова: «Прелюбодеи и прелюбодеицы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4, 4). И никаких тебе «но», «если», «в случае», «с другой стороны»... Очевидно, что Святой Дух, по наитию которого учили святые апостолы, чужд духу толерантности. В связи с этим вопросы напрашиваются сами собой: к чему нас готовят, усиленно навязывая толерантность? К запрету православной религии?

С клеймом расистов

На Международной конференции в Петрозаводске много было сказано хороших слов о необходимости жить в мире и согласии. В частности, в докладе кандидата исторических наук, начальника отдела Государственного комитета по делам национальной политики Республики Карелия В. Н. Бирина прозвучала утешительная для нас, православных, информация о создании целевой федеральной программы «Этнокультурное развитие народов Российской Федерации» и сопряженной с ней местной программы «Карелия — территория согласия». Программы направлены на сохранение самобытности народов России и Карелии, их традиций, уклада.

Неужели и в самом деле грядет счастливое время, когда создание этнокультурной (русской) школы в г. Петрозаводске будет, наконец, поддержано федеральным законодательством? Исчезнет необходимость в бесконечных сборах подписей, мониторингах, собеседованиях с чиновниками, многочисленных комиссиях и прочих бюрократических проволочках? Впрочем, вопросы остались: наделены ли и русские, составляющие большинство населения республики, в разработанных документах таким же правом на самобытное развитие, как и все народы, живущие на нашей северной земле? И не будет ли наше желание осуществить свое законное право на самобытное развитие в области образования или культуры, поноситься как «национальное чванство» и «великодержавный шовинизм»?

С особым нетерпением ожидался на конференции доклад финского ученого В. Пууронена, доктора философии факультета социальной политики и социальной психологии Университета г. Куопио, поскольку само название доклада «Повседневное проявление расизма среди молодых россиян» сразу же вызывало в аудитории напряжение. Еще бы! На всей нашей молодежи было поставлено клеймо расиста! Докладу предшествовала преамбула кандидата философских наук, доцента кафедры гуманитарных дисциплин Карельского филиала СЗАГС Л. П. Швец, поспешившей успокоить слушателей. Она объяснила, что в западной научной традиции термин «расизм», дескать, имеет иное содержательное наполнение и понимается всего лишь как межэтническая и межкультурная нетерпимость.

Сущность доклада доктора В. Пууронена сводилась к следующему. Финский ученый выделил четыре вида расизма: классический (нетерпимость к иной расе), неорасизм, или культурный расизм (например, когда, как заметил докладчик, россияне считают, что русская культура выше культуры народов Кавказа), институционный расизм (ущемление прав нацменьшинств в области образования и на рынке труда) и повседневный расизм среди этнических групп, который заключается в унижении, насилии, обзывании и этнических шутках.

Исследовательские интересы В. Пууронена сосредоточились на последнем вопросе, который был задан 4 тысячам молодых россиян в Петрозаводске, Казани, Санкт-Петербурге, Красноярске. Среди них были русские, татары, финны, карелы и незначительный процент других национальностей. Людей спрашивали: наблюдали ли они нарушения прав национальных меньшинств, часто ли это было, замечали ли они обзывание нацменьшинств и оскорбительные этнические шутки, к ним обращенные? Большинство молодых россиян (76 %) ответило на эти вопросы положительно. Соответственно докладчик делает выводы: проявление повседневного расизма среди молодых россиян происходит сплошь и рядом, и особенно в Санкт-Петербурге, где много (?) радикальных ультра-правых организаций. И первый шаг борьбы с расизмом, по мнению ученого, — признать молодых россиян расистами. Вот так. Расизм, оказывается, ни много, ни мало, – национальная черта россиян. Всех что ли? И карел, и финнов, и татар, отвечавших на вопросы ученого? Или только русских? Видимо, к последнему заключению и подводилась подспудно мысль слушателей, поскольку остальные респонденты финского ученого относились к национальным меньшинствам, что уже само собой свидетельствовало об их идеологической незапятнанности.

Доклад был весьма знаковым. Он раскрывал для умов русских людей главную сущность «толерантности», явно пытаясь навязать русским комплекс вины за все, чем они всегда гордились. Хорошо об этом сказал русский писатель В. Крупин: ««Вы любите Россию? – спрашивают нас и деликатно говорят: любите, но не смейте говорить о русской нации, есть же у нас и татары, и удмурты, и марийцы, и чуваши, и буряты. Вы говорите о русском языке как о государственном? Но у нас же многоязычное государство, некоторые даже и на латынь хотят перейти. Говорите о Православии как о государственной политике? Но у нас же многоконфессиональность. Говорите о морали, нравственности, о запрещении абортов? Но разве можно ограничивать свободу личности. Говорите о брачных узах? Но есть же сексуальнее меньшинства. Ах, как по-прежнему мы отстаем от передовых стран. В Англии уже венчают гомосексуалистов, а в Новой Зеландии слонов. Вы хотите ввести преподавание православной культуры, но это уже вообще великодержавный шовинизм, а в остальном – живите, как хотите. Да вспоминайте слова одного из героев Федора Михайловича: «Широк русский человек, надо его сузить». Так что сужайтесь».

Возможность невозможного

была продемонстрирована на заседании секции «Межконфессиональные отношения и толерантность». Строго говоря, доктрина толерантности делает межконфессиональный диалог в принципе невозможным. Между светским человеком и верующим он может происходить только с обязательным перевесом светского мнения, потому что оно «независимо» ни от какой конкретной религии, то есть гуманистично. Для ограниченного только узкими материальными интересами атеиста любая религия всего лишь философская система и, так называемые «психологические костыли». Светский человек не допускает существования Абсолюта. Но это свидетельствует только о его обделенности, поскольку Бог познается только в духовном опыте, а не вычисляется человеческим рассудком. Однако атеист почему-то считает, что вправе все религиозные различия свести к единой норме — одной религии для всех, и уверен, что на религиозных диспутах, где отстаивается Истина, он вправе быть нетолерантным, упрекая верующих в дурном воспитании, в «давлении» на человеческое сознание, «шовинизме» и «нетерпимости», хотя сам всем этим набором качеств владеет в первую очередь. В итоге в одном из документов Совета Европы появилось положение о том, что свобода вероисповедания должна быть ограничена правами человека.

Что это значит? А то, что вероучения должны адаптироваться в обязательном порядке к современной гуманистической идеологии. И уже в Германии появилась новая редакция Библии, в которой учтены поправки к библейскому тексту геев и феминисток, начались преследования за нарушение прав извращенцев. Тем не менее, на секции «Межконфессиональные отношения и толерантность» царили мир да любовь. Зачитывались примеры из Священных книг, где сказано о любви к ближним, приводились примеры из современной религиозной практики иудеев, мусульман, пятидесятников, католиков, лютеран и т. д. Правда, чувства сострадания, милосердия, деятельной любви к ближнему существуют тысячелетия, и толерантность ничего нового к этим вечным религиозным ценностям не добавила.

Выступавший на секции иерей Константин Савандер, клирик Петрозаводской и Карельской епархии, в докладе «Православие и толерантность» подчеркнул, что необходимо, прежде всего, бороться с религиозным невежеством молодого поколения: «Непроходимая дремучесть россиян в вопросах веры, — сказал он, — позволяет увлекать их в разнообразные тоталитарные секты, манипулировать их сознанием. Не случайно в обществе существует стереотип агрессивного мусульманина, призывающего к войне с неверными, или православного скинхеда. Эти маргиналы никакого отношения ни к исламу, ни к православию не имеют! А ведь люди этого не знают. Они видят крест на груди у молодчика и полагают, что именно в этом заключена его религиозная причастность к Православной Церкви».

Вперед — к истокам

Острейшей проблемой до сих пор остается введение курса «Основы православной культуры» в школы. Редкий докладчик не касался этого вопроса. И это не удивительно. Всех волнует молодое поколение, поскольку именно за ним будущее. Соответственно, какие нравственные ориентиры им будут обретены, таким мы и будет наше общество впоследствии. Но вряд ли решит проблему межнациональных отношений только просвещение детей и подростков в области толерантности — межэтнической, межконфессиональной, межкультурной. Это комплексная проблема, требующая междисциплинарного осмысления.

Если посмотреть на детей и подростков, родившихся после 1990 года, — сердце содрогнется. Психическое и духовно-нравственное здоровье школьников ухудшается с каждым годом. И дело не только в том, что в стране почти разрушен институт семьи, детское здравоохранение в плачевном состоянии, образование в глубоком кризисе. У детей возник кризис смысла жизни, поскольку гуманистическая парадигма развития общества и образования, утверждает нравственный плюрализм, где все ценности имеют относительный характер, в том числе – жизнь, близкие, семья, Родина.

В систему образования проникает массовая культура, нивелирующая личность. Если раньше детей воспитывали на лучших образцах, шедеврах мировой культуры, то сегодня ситуация иная. С одной стороны, объем получаемой детьми информации таков, что детский мозг просто не способен с ним справиться. В детских головах полная мешанина из разрозненных исторических фактов, культурных реалий, элементов традиций. После очередных вступительных экзаменов в вузы в интернете возникает оживленное обсуждение уровня творческих работ выпускников по гуманитарным дисциплинам, чье качество с каждым годом снижается. С другой стороны, образцы масс-культуры получают все большее распространение в содержании школьных учебников: панки, Хэллоуин, полуголые певицы, готы, рок-команды, оккультизм и атрибутика нью-эйдж и т. д.

Особое место в школьных программах отводится компьютерным технологиям. В погоне за компьютерной грамотностью всех и каждого, мы приучили детей к компьютерным играм, неблагоприятные последствия которых необратимы. Во-первых, они расшатывают психику ребенка, о чем предупреждают академики РАН. Компьютерная игра не приносит вреда лишь в том случае, если в нее играет подросток, достигший 15-летнего возраста, и не больше 40 минут в день. Игры тормозят культурное развитие детей. Вся эстетика экрана имеет инокультурный характер, что отрицательно отражается на культурной идентификации личности. Сюжеты игр чаще всего построены на насилии: убить, захватить, избить. Нравственные установки игр тоже носят сомнительный характер — развивают тщеславие, гордость, властолюбие, болезненный азарт, презрение. У детей культивируется гипертрофированный интерес порой к абстрактным общечеловеческим ценностям в ущерб культуре своего народа. Почему-то считается, что если ребенок будет из года в год усваивать европейский или американский образ жизни, манеру поведения, стандарты образования, то это гарантирует ему благополучную жизнь. Здесь таятся разнообразные опасности. Первая — отсутствие культурной идентификации. Вторая — снижение нравственного уровня, поскольку в современной гуманистической этике, какой бы привлекательной, на первый взгляд, она ни казалась, отсутствуют понятия нравственной нормы и греха, то есть провоцируется нарушения этой нормы. К каким последствиям это может привести — очевидно.

В таких условиях необходимо обратиться к опыту воспитания своего народа, в данном случае — русского, который был основан на культуре Православия. На конференции был представлен педагогический опыт школы № 4 г. Петрозаводска. Содержание образования школы включает в себя три взаимосвязанных компонента: компонент, обеспечивающий человеку возможность самоидентифицироваться как представителю своего народа, национальной культуры; компонент, позволяющий личности вступать в равноправный диалог с иными культурами России и компонент, создающий условия для включения гражданина России в современные мировые цивилизованные процессы.

Внедряя такого рода модель воспитания, учителя школы решают актуальную проблему — учат детей уважению к человеку, своему ближнему. Ведь личность, постигающая гармонию и красоту собственной культуры, сравнивая ее с другими, начинает уважать и их. Рассмотрев разные аспекты деятельности школы с этнокультурным компонентом, мы можем сказать в заключение, что воспитание на отечественных ценностях способствует становлению этнотолерантного гражданина, для которого существует ценность человеческой жизни, веры и культуры.

По окончании конференции было принято общее решение сделать ее ежегодной, а также выпускать «Общенациональную газету Карелии», чей лозунг «Карелия — территория толерантности». Подводя итоги конференции, хочется дать на него отзыв — не приведи Бог.

Валентина КАЛАЧЕВА,
кандидат педагогических наук

См. также:

При использовании данного материала просьба давать ссылку на сайт Петрозаводской и Карельской епархии, http://eparhia.onego.ru